Рус Укр
Крушение Ника Кейва
Крушение Ника Кейва

Ник Кейв перестал принимать наркотики, когда стал отцом — не хотел, чтобы вещества плохо сказались на детях. Всё равно сказались: в июле прошлого года его пятнадцатилетний сын Артур, будучи под LSD, упал с восемнадцатиметрового обрыва и разбился насмерть. Возможны ли положительные эмоции у отца после такой катастрофы? Отвечают ли родители за ошибки детей? Где найти смысл, за который можно ухватиться, если жизнь топит тебя в абсурде? Эти вопросы, сокрытые за звенящей пустотой, витали в воздухе, когда Ник Кейв переступил порог студии и взялся записывать новые песни.

Когда работа разгорелась, Кейв осознал, что грядущий альбом «Skeleton Tree» придётся рекламировать, вообразил пресс-релизы, журналистов, вопросы о сыне — и оцепенел. Так в студии появились камеры и начались съёмки «One More Time With Feeling» — первого в истории чёрно-белого 3D-фильма — который Кейв профинансировал из своего кармана, чтобы пресечь дальнейшие разговоры, перестать быть объектом для жалости, изъясниться раз и навсегда.

Режиссёр — Эндрю Доминик. Когда-то он отбил у Ника Кейва девушку и женился на ней — с тех пор мужчины близки, Кейв даже писал музыку к фильму Доминика «Как трусливый Роберт Форд убил Джесси Джеймса». Именно благодаря доверию, испытанному временем, камерам удалось подобраться так близко, заглянуть в глаза, выжженные ужасом.

3D для фильма моделировал тот же человек, который работал и над «Любовью» Гаспара Ноэ. Объём здесь не развлекает, а помогает погрузиться глубже. Вот Ник Кейв сидит, подперев лицо рукой, с печальным блеском в глазах. Вот он растерянно ищет ручку. Вот он говорит себе, что теряет голос и, возможно, память — а ведь всего два года назад в фильме «20.000 дней на Земле» он признался, что больше всего боится потерять память. К слову в том же фильме была сцена, в которой умиротворённый Ник смотрел телевизор с сыновьями. О времена.

Благодаря доверию, испытанному временем, камерам удалось подобраться так близко, заглянуть в глаза, выжженные ужасом

Сперва Ник Кейв обходит стороной детали трагедии и с небывалым, даже для такого мастера слова, трудом подбирает слова, но в процессе привыкает к камерам и начинает выговариваться. Для него это своего рода терапия. Как и сами песни. Поделиться переживаниями — он поделился, ещё и в 3D. Выкричать — он вышептал, но посильнее любого крика.

Как бы ни хотелось абстрагироваться от силуэта Кейва-младшего, в альбоме сквозят повторяющиеся темы: дети, любовь, падение, потеря, глаза, дыхание, остановка дыхания, поиск заблудшего, чтобы умолять его вернуться домой. Известно, что последними словами Артура были «Где я? Где я?» — и вот Ник будто перемещается за сыном в мистический лес и зовёт его («with my voice I am calling you»). При этом Ник сидит за роялем и не может вспомнить аккорды, потому что песенная структура в принципе утратила актуальность и песни стали полуимпровизационным воплощением состояния. Таким образом он отрицает, что жизнь подвластна предсказуемой логике и движется к какой-то цели — нет истории, только кошмарный всепоглощающий хаос.

Аранжировки в альбоме нарочито сырые и временами рассыпаются в свободную форму, но продолжают следовать чётко прописанному ритму. Так же и нарратив фильма отчасти беспорядочен, с нелепыми ответвлениями вроде цветных кадров с Землёй в космосе, но он продолжает связывать Ника со слушателем.

Музыкальным проводником, связью с миром живых, верным оруженосцем становится коллега по The Bad Seeds Уоррен Эллис. Он оберегает Кейва, делает умилительные комплименты его причёске, а в песенном плане окутывает всё электронным дымом, то густым, то предрассветно лёгким, дирижирует струнной секцией и сам играет на скрипке, растягивает звук гитары в бесконечный электрический шум с помощью коробки эффекта Freeze. При этой многозадачности и контроле музыкальных нюансов он ни на мгновение не выпячивает себя, а моделирует звуковой мир для Кейва как главного героя. Благодаря навыкам и видению Уоррен Эллис мог бы стать гением академических форм вроде Арво Пярта, но ему это не нужно, у него есть химия с Ником Кейвом, ему это во сто крат дороже.

После ухода из The Bad Seeds Бликсы Баргельда и Мика Харви в альбомах «Push The Sky Away» и «Skeleton Tree» главенствуют только Уоррен и Ник. На бессознательном уровне они взаимно резонируют, из глубин бессознательного они добывают песни. В фильме есть ценные кадры рождения этих песен из диалога фортепиано и скрипки.

В «One More Time With Feeling» вообще хватает кадров,
которые делают его новой классикой

Фильм не пытается обманчиво убедить, что всё будет хорошо. Вряд ли будет

Альбом и фильм существуют неразрывно: сначала диалоги и студийные казусы разбавляют обречённость песен, потом песни выражают то, чего не скажешь словами, а в финале всё сплетается воедино, приходит к общему выводу. Экранизацию венчает старая песня «Deep Water», сочинённая Ником Кейвом и Марианной Фейтфул, в интерпретации детей Ника. И кадры с того самого обрыва. Фильм не пытается обманчиво убедить, что всё будет хорошо. Вряд ли будет.

Несмотря на фирменную абстрактность, здесь всё достаточно прямолинейно. Как будто этим песням не нужны другие слушатели, более того, становится некомфортно от своего присутствия в этой истории, но, в то же время, это соучастие затягивает с головой. Кейв и раньше говорил, что его песни рождаются в болезненной борьбе, и раньше с регулярностью, которой не позавидуешь, воспевал смерть — чего стоит один альбом «Murder Ballads» — поэтому как бы он ни настаивал, что травма служит не вдохновением, а преградой для творческого процесса, он всегда видел в трауре влекущий источник сил. В какой-то мере, личное горе не только пугало его, делало беспомощным, но и необратимо притягивало. Грань между Ником наедине с собой и Ником, выворачивающим себя наизнанку ради зрителя, давно стёрта. Настоящий артист, он превратил трагедию в сорок минут эмоционального катарсиса. Всю свою карьеру он угрожал, что заставит нас кровоточить, а теперь по-настоящему кровоточит сам.

Это особая форма искусства — превратить человека, спокойного снаружи и корчащегося от боли внутри, в столь захватывающее зрелище. Ник Кейв всегда отличался от большинства рок-н-ролльщиков тем, что пел о слабости, несовершенстве, упадке — подобно дьяволу, он всегда был одновременно старомодным и удивительно актуальным. Он один из немногих воплощает монументальный образ, несёт горечь и меланхолию правды в ветхую и агрессивную музыкальную среду. Иронично, учитывая его тёмную сущность, но он, может, не осознавая того, действительно несёт свет. Иногда в ущерб себе, но только принеся себя в жертву можно высечь эту искру. Он высекает и, в конечном счёте, находит в хаосе красоту. За неё и хватается.

Дополнительные показы «One More Time With Feeling» будут проходить до 11 сентября. Расписание — на сайте KyivMusicFilm.

В тему
Точка пересечения: «Вагоновожатые» и SINOPTIK
Точка пересечения: «Вагоновожатые» и SINOPTIK
Новые альбомы: Jagwar Ma, Justice, Soft Hair
Новые альбомы: Jagwar Ma, Justice, Soft Hair
Ромео должен петь: 12 песен, вдохновлённых Шекспиром
Ромео должен петь: 12 песен, вдохновлённых Шекспиром
Плейлист O. Children: от молодого Ника Кейва до пьяного караоке
Плейлист O. Children: от молодого Ника Кейва до пьяного караоке
Всего 3 коментария Написать комментарий
Vitaliy Georgiev
1
Vitaliy Georgiev
9 Сентября в 14:19
Спасибо за рецензию. Был в вчера на показе, а сейчас как заново пережил те эмоции.
Kateryna Savchenko
0
Kateryna Savchenko
9 Сентября в 12:28
Артур Кейв погиб в июле 15-го года, а не в ноябре.
Sergey Cane
0
Sergey Cane
9 Сентября в 12:44
Точно, исправили, спасибо за внимательность.